В последних коллекциях Ёдзи Ямамото (Yohji Yamamoto) присутствует сдержанное великолепие роскоши, хоть он и уменьшил её количество новыми произведениями из домотканой материи. Многие модели были того же возраста, что и сам мастер, — красивые старики, чьи лица были испещрены морщинами, как путевая карта линиями дорог. Когда все они в конце показа появились на сцене, происходящее стало напоминать элегический момент в стиле Клинта Иствуда. Одновременно изумительно и грустно — то же можно было сказать о представленной одежде.

Взять, например, расстрочные швы, которые, как морщины, придавали некоторым моделям вид поношенный, но почтенный. Костюм из трикотажной ткани плетения «рогожка» с красными нитями внушал мысль, что у мамы закончились хлопковые нити, когда она шила его дома.

Объединив непрофессиональных моделей с молодыми профессионалами, прибавив к ним так неподходящего для подиума толстенького коренастого английского художника Стива Мак-Куина (Steve McQueen), Ёдзи обратился ко всем формам и размерам. Также он намеревался обратить внимание и на политический вопрос. «Мир становится всё хуже и хуже, — говорил он за кулисами. — Я хочу сказать — давайте жить счастливо!» Возможно, счастье для него — это праздник, который всегда с ним, что, правда, не было так уж заметно по тёмным тканям, грубым текстурам и характерной для него асимметрии. Но жакеты с аппликациями жестов и фраз из серии развития отношений: «А давай мы...», «Не делай этого», «Не забывай меня» — оказались комично забавными. Кружевные рубашки красного и глубокого голубого цвета внесли яркость и подняли настроение — по крайней мере по мнению самого Ёдзи.