Уже не первый раз лицом рекламной кампании популярного британского бренда Burberry становится очаровательная молодая актриса Эмма Уотсон (Emma Watson), известная по кинофильму про Гарри Поттера.

В рекламной фотосессии, проходившей под руководством всемирно известного fashion-фотографа Марио Тестино (Mario Testino), помимо юной голливудской звезды, принял участие её младший брат — 17-ти летний Алекс Уотсон (Alex Watson) и ещё несколько мужчин-моделей. Среди них можно узнать Макса Хёрда (Max Hurd), музыканта Мэтта Гилмура (Matt Gilmour), а также участника группы One Night Only Джорджа Крэйга (George Craig), снимающегося для Burberry несколько последних сезонов подряд и вошедшего в рейтинг 50-ти самых хорошо одетых мужчин Британии 2009 года по версии журнала GQ.

Главный креативный директор Burberry Кристофер Бейли вспомнил о военном наследии марки при создании предосенней коллекции Prorsum.

В ней есть пальто из шерстяного фетра, перепоясанные объемными ремнями, летные куртки из кожи и овечьей шерсти и габардиновые тренчкоты. «Эта коллекция имеет исторические корни; то, что вы видите — это попытка вспомнить абсолютно все модели верхней одежды Burberry», — заявляет дизайнер. «Я обожаю смешивать вещи из различных десятилетий, используя при этом современные материалы». Он рассказывает, что новый веб-сайт марки artofthetrench.com предоставил ему возможность переосмыслить историю тренчкотов Burberry.

Бейли с легкостью соединяет казалось бы несовместимые элементы. Цветовое решение коллекции варируется от темно-зеленого и черного до хаки и светло-бежевого.

Учитывая, что Кристофер Бейли (Christopher Bailey) является креативным директором марки Burberry, можно представить его этаким владельцем потрясающих многомиллионных апартаментов повсюду от Рио до Гоа, штата вымуштрованных дворецких, шоферов и множества другой прислуги. Но нет. Настоящий Кристофер Бейли — это взъерошенные рыжие волосы и широкая улыбка, это простой парень, который слушает Боба Дилана и валяется на диване. Это сказал сам Кристофер в интервью за несколько часов до открытия в Нью-Йорке новой штаб квартиры Burberry, где ожидается неимоверное количество звездных гостей. Это тоже часть его работы.

— Знаменитая клетка Burberry — один из самых узнаваемых торговых знаков в мире. А что отличает Вас лично, чем Вы увлекаетесь, кому или чему поклоняетесь?
— Одна из главных моих отличительных черт — любовь к сельской местности. Это, как правило, не характерно для модного дизайнера, но для меня — действительно важно. Я вырос в сельской местности, мне нравится заниматься садоводством, находиться в этом окружении.

— Очень по-британски. Вы такой же британец, ну, почти как Мадонна. Лошади у Вас тоже имеются?
— Да, у меня есть лошади, на ферме. Так что, я, наверное, полное совпадение с распространенным клише.

— Скорее, худое совпадение. Вы довольно худощавый.
— Хотелось бы! Но, увы, я слишком много пью.

— Добро пожаловать в наш клуб! Burberry — это классическая британская марка. Вы англофил?
— Никогда не считал себя англофилом. Я жил в разных местах по всему миру: в Нью-Йорке, Париже, Мюнхене, Милане, иногда подолгу. Сейчас вернулся в Британию, что немного странно. Я с уважением отношусь к своим корням. Я люблю Англию, ее разнообразие, но также люблю жить в других городах. На одном месте у меня развивается клаустрофобия. Сегодня мы с Вами разговариваем на Манхэттене, завтра я лечу в Лондон, а в субботу — в Йоркшир.

— А что в Йоркшире?
— Я там живу, в маленьком коттедже.

— Наверное, очень милый коттедж?
— Очень милый. И очень старый, он был построен в 1633. Это бывший фермерский дом среди полей, на которых пасутся коровы и лошади.

— Уверен, Вы там здорово все обустроили.
— Я как раз закончил большой ремонт. Надеюсь, стало красиво. Там все очень просто, мне нравится.

— Каковы Ваши пристрастия в том, что касается интерьера?
— Мне не нравятся чопорные вещи, до которых страшно дотронуться. Если уж собрались купить диван — это должен быть большой удобный диван. Немного пыли и сажи — для меня самое то. Мне не нравятся абсолютно совершенные вещи, вещи без единого изъяна. То же и с одеждой. Одежда должна принадлежать вам, а не вы — одежде. Вещи должны выглядеть слегка поношенными и потрепанными.

— Вещи с историей.
— Верно. Я люблю истории и стихи тоже.

— Вы действительно любите поэзию?
— Не люблю (смеется). Сейчас телевидение в Британии старается как-то пробудить интерес людей к поэзии, так что я начал потихоньку втягиваться. Мне кажется, в прошлом я не очень старался понимать стихи.

— Я знаю, что музыка тоже является одним из Ваших интересов. Я слышал, что именно Вы открыли группу One Night Only — она играет на сегодняшнем приеме.
— Не могу сказать, что это я их открыл. Хотелось бы, что это было так. Скажем, я нашел их до того, как они раскрутились.

— Что для Вас значит музыка и как она отражается на Вашей работе?
— Это очень важная составляющая моей жизни. Мне нравится разная музыка — от классической до Боба Дилана, одного из самых моих любимых исполнителей. Я обожаю Джони Митчела, Rolling Stones, панк-рок, Sex Pistols.

— Хотелось бы посмотреть на вдохновленную панк-роком коллекцию от Burberry. Как это могло бы выглядеть?
— Я всегда ощущаю влияние панк-культуры. Мне нравится, когда панковские элементы в одежде становится для вас открытием. Это лучше, чем нацеплять булавок повсюду.

— Ну, не то, чтобы Вы никогда булавки не использовали.
— Ну, не то, чтобы я их никогда не использовал.

— Какая вещь, из тех, что Вы носили — самая провокационная?
— Совсем с ума я не сходил, но однажды выкрасил волосы в голубой цвет.

— Ну, это еще терпимо. Большинство дизайнеров уверяют, что живут обычной жизнью, хотя часто это вовсе не так. Как обычно проходят Ваши выходные?
— Большую часть времени я провожу в своей студии, занимаясь тысячью проектов: выпуск ароматов, новые здания, дизайн мебели и, конечно, работаю над коллекциями одежды. Но у меня есть занятия и вне офиса, хотя по вечеринкам я ходить не люблю. Мне нравятся праздники, но я предпочитаю уютную атмосферу пышным приемам. Хожу в рестораны или готовлю сам — для друзей и семьи. Последние выходные провел с семьей — мы готовили, читали газеты, очень много пили.

— Давайте поговорим о нью-йоркской штаб-квартире. Это масштабный проект.
— Да, «сделано с любовью». Она немного меньше, чем лондонская, головная штаб-квартира. А в остальном это ее копия — та же планировка, расположение, мебель. Однако в Лондоне нет огромной вывески «Burberry».

— Неоновая вывеска — это так по нью-йоркски.
— Верно. В Нью-Йорке всего шесть зданий, где можно сделать подобное. Нам очень важно, что наша вывеска, наш знак вписался в известный манхэттенский пейзаж, который я просто обожаю. К тому же, все люди здесь излучают уверенность. У вас, ребята, стакан всегда наполовину полон, а у британцев чаще всего — наполовину пуст. В Нью-Йорке я всегда ощущаю такую товарищескую атмосферу. Я рад, что нахожусь здесь.

По материалам hintmag.com

Интересный экземпляр самого главного мужского аксессуара был представлен на показе весенне-летней коллекции 2009 Burberry Prorsum.

Часы на длинном кожаном ремешке в три оборота, инспирированные военной тематикой, выполнены в корпусе с покрытием из антикварного золота и швейцарской механикой внутри. Стрелки и номера на циферблате иллюминированы. Корпус часов водонепроницаем, способен выдержать давление 3атм/30м.

Часы доступны в официальном интернет-магазине Burberry по цене £395.00.